Материал опубликован в журнале «Арсенал Отечества» № 5 (73) за 2024 г.

Богдан Казарьян

Купить воздушный флот нельзя.
Лапчинский А. Н.

Давно ушли политики, общественные деятели, которым довелось участвовать во Второй мировой вой­не, и те, кто претерпевал военные и послевоенные невзгоды. Их «внуки» в политике с клиповым сознанием готовы бездумно нажимать «красные» кнопки, как дверные звонки, вести конвенциональные и гибридные вой­ны, беспредельно наращивать размах вооруженных конфликтов. Объективных препятствий этому не видно.

Правило, осознанное еще в I веке до нашей эры — Si vis pacem, para bellum («хочешь мира, готовься к войне», римский военный писатель Флавий Вегеций) остается справедливым. Единственное средство в войне для принуждения противника к прекращению сопротивления, захвата занимаемых им позиций и территории, достижения победы и основная форма тактических действий войск — бой с «…массовым участием в нем пехоты, артиллерии, минометов, танков, авиации. Пехота выполняет основную и самую трудную задачу — уничтожение противника…». Сухопутные войска на поле боя претворяют в победу совместные действия всех родов войск в операциях и во всей войне.
Наиболее бескомпромиссные ожесточенные эпизоды боев — штурм — прямое противоборство атакующих сил с равным по боевому потенциалу обороняющимся противником. Его определений нет в боевых (полевых) уставах. Но сущность штурма, многократно проявленная при взятии практически неприступных крепости Измаил в 1790 и Праги (предместья Варшавы) в 1794, Перекопа в 1920, Севастополя в 1854–1855 и 1941–1942 годах, в битвах в Сталинграде в 1942 году и за Днепр в 1943 году, в Кенигсбергской наступательной и Берлинской операциях в 1945 году, подробно изложена в статьях об атаках переднего края и укрепленных позиций, о встречном бое, бое в городах и в окружении.
М. И. Кутузов при штурме Измаила (рис. 1) на свой доклад о том, что турки контратаковали и опрокинули русских, получил ответ А. В. Суворова, что в Петербург уже сообщено о взятии крепости и назначении Кутузова ее комендантом. Михаилу Илларионовичу пришлось лично возглавить атаку, чтобы овладеть крепостной стеной и предоставить войскам доступ в город. О жестокости этого боя Александр Васильевич сказал: «На такой штурм, как измаильский, можно пуститься только один раз в жизни!». Но через 4 года в его судьбе была Прага — предместье Варшавы, о которой подчиненный Суворова, генерал Иван фон Клуген сказал: «В жизни моей я был два раза в аду — на штурме Измаила и на штурме Праги…».

Современные и перспективные вооружения, военная и специальная техника обуславливают ряд изменений в подготовке и ведении штурма в боевых действиях, к основным из которых относятся:

• оснащение, как и прежде, мотивированных, боеготовых, стойких противников системами противотанковой, противовоздушной обороны, контрбатарейной, радиоэлектронной борьбы, инженерного обеспечения;
• штурм, как правило, имеет оперативно-тактический размах одновременно на нескольких участках (Севастополь и город-крепость Кенигсберг штурмовали по 3,5 суток, Берлинская операция длилась почти три недели);
• охват противоборствующих сторон сетевыми системами управления, связи, взаимодействие штурмовых отрядов с артиллерией и авиацией;
• адаптация сетевых систем и способов управления к реализации в рамках боевых задач инициативы командиров отрядов, групп, обеспечению их обязанности и права выбора способов и целей действий с учетом их боевого опыта, тактических правил, норм и результатов вычислительного моделирования;
• планирование, отработка порядка выполнения задач, разведки, огневой поддержки, связи, управления и обеспечения осуществляются с привлечением всех командиров отрядов, батарей артиллерии, эскадрилий на картах, фотопланшетах, макетах местности с использованием компьютерных моделей (в ближайшей перспективе — с помощью «искусственного» интеллекта) для достижения высокой слаженности действий подразделений, непрерывного тактического и огневого взаимодействия;
• многократное увеличение потребности в высокоточных разведывательных данных и детальных изображениях целей и местности для целеуказания управляемому оружию во всей глубине боевых порядков и оперативного построения противника;
• последовательное увеличение объемов потребных данных для целеуказания в реальном времени для артиллерии и авиации;
• чередование периодов предпочтительного применения управляемых боеприпасов по заблаговременно добытым достоверным разведанным об объектах поражения и неуправляемых — по целям, выявляемым в реальном времени в бою;
• высокий темп расхода боекомплектов артиллерии и авиации (в первый день Берлинской операции 16 апреля 1945 года в 8‑й гвардейской армии на огневую подготовку по заранее разведанным целям планировалось ~ 1,2 млн артиллерийских и реактивных снарядов и мин (1,5 суточного боекомплекта), а в каждый следующий день в артподготовке выстреливалось от 0,25 до 0,5 выделяемого суточного комплекта боеприпасов, и по целям, выявляемым при поддержке и сопровождении войск, — от 0,5 до 0,75 суточного боекомплекта);
• надежная блокировка истребительной авиацией, ракетными войсками и артиллерией, средствами противовоздушной обороны и радиоэлектронной борьбы районов действий наземных огневых систем и штурмовой авиации от атак истребителей, воздействия контрбатарейных систем, зенитно-ракетных комплексов средней и большой дальности, сил радиоэлектронной войны противника;

Условия штурма могут меняться, но первостепенными остаются личный авторитет и ответственность командующих и командиров, безусловность требования выполнения задач, независимо от силы сопротивления противника.
Ключевая роль в захвате и удержании плацдарма в феврале 1943‑го принадлежит Цезарю Куникову — командиру десанта на Малую землю под Новороссийском. Железная воля, смелые рискованные решения с полной ответственностью за их последствия командира 318‑й стрелковой дивизии Василия Гладкова позволили десантироваться в Керченско-Эльтигенской десантной операции, захватить г. Керчь, длительное время вести бой и вывести свои силы из окружения.
Во время Великой Отечественной войны активными участниками штурма — самолетами поля боя — стали штурмовики Ил‑2. В самое короткое время по вызову командиров атакующих сил по прямому каналу связи самолеты с полевых аэродромов вблизи районов штурма выходили на указанные цели, опознавали свои войска, линию боевого соприкосновения, подавляли ПВО и уничтожали противника. При этом ведущие групп и каждый летчик могли видеть и оценивать наземную целевую и воздушную обстановку, уточнять цели и порядок нанесения повторных бомбоштурмовых ударов.
Сложившиеся в годы Великой Отечественной войны тактика, способы нанесения ударов, взаимодействия с войсками продолжали совершенствоваться в послевоенное время применительно к характеристикам новых систем связи, управления и вооружения.
Важность и объемы задач авиационной поддержки Сухопутных войск всегда требовали привлечения к этим задачам дополнительных сил от истребительной авиации. В Берлинской операции за первый день непосредственно по Берлину штурмовики выполнили — 449 вылетов, истребители — 1438 из 4 тысяч самолетовылетов, совершенных всей 16 ВА. С 14 апреля по 5 мая 1945 года на штурмовку и бомбардировку войск и военных объектов произведена почти половина полетов из более чем 41 тысячи самолетовылетов трех (16‑й, 18‑й 4‑й) воздушных армий.
Чтобы истребители поражали наземного противника так же эффективно, как штурмовики, с 1941 года были предприняты (и остаются обязательными в настоящее время) следующие меры:

1. установлены требования универсальности авиационной техники, вооружения в интересах авиационной поддержки во взаимодействии с войсками, артиллерией, ПВО и самостоятельно;
2. экипажи всех типов истребителей (И‑153, И‑16, ЛаГГ‑3, Як‑1, Як‑3, Ла‑5ФН, P‑39 Airacobra, P‑40 Kittyhawk, Hawker Hurricane Мк-II обучались поддержке войск всеми видами оружия;
3. унифицированы технологии авиационно-технического, аэродромно-технического обеспечения, связи и управления всех родов авиации: штурмовики Ил‑2 и истребители выполняли задачи авиационной поддержки войск с любых аэродромов;
4. инженерно-аэродромные батальоны, опережая авиационные полки, продвигались непосредственно за стрелковыми дивизиями, строили и восстанавливали аэродромы в первую очередь для штурмовой и истребительной авиации; после отлета полков их территория не требовала каких‑либо сложных восстановительных работ для возвращения в сельскохозяйственные и лесные фонды.

Сегодня в этот перечень мер включены еще несколько требований:

• умение всех экипажей самолетов-штурмовиков и истребителей выполнять задачи с получением данных целеуказания в режиме реального времени при сетевом управлении;
• создание устойчивого поля сетевого управления на всю глубину действий сил воздушной разведки, систем целеуказания штурмовой авиации;
• охват районов выполнения штурмовых задач устойчивыми полями высокоточных навигационных систем (наземных, космических, воздушных) и обеспечение войск, артиллерии и авиации актуальной на текущий период времени топогеодезической и картографической информацией.

Отметим некоторые боевые свойства, тактико-технические характеристики, условия и недостатки в применении штурмовиков и систем управления в настоящее время.
Сегодня скорости, перегрузки, пространственный размах маневров, время пребывания над целями и в зонах обстрела ПВО противника штурмовиков типов Су‑25 и A‑10 Thunderbolt II примерно в два раза больше, чем у Ил‑2 и Ju‑87. Это серьезно затрудняет восприятие и оценку экипажами наземной и воздушной обстановки, выявление опасных объектов, прицеливание и применение оружия и позволяет противнику сосредоточивать по самолетам огонь более совершенных зенитных средств.
Штурмовики Су‑25 и A‑10 не применяют бомбы малых калибров (до 50 кг), несмотря на высокую точность прицельно-навигационных средств и на опыт эффективных ударов малокалиберными боеприпасами легкими самолетами противопартизанской борьбы.Современные штурмовики оснащены цифровыми системами связи, целеуказания, управления. Однако в них пока не реализованы съем и использование информации о наблюдаемой экипажами фактической целевой обстановке для последующего ее использования.
В настоящее время сложно осуществлять базирование самолетов Су‑25 и A‑10, а также обеспечивать хранение и подготовку управляемых боеприпасов на аэродромах с грунтовыми взлетно-посадочными полосами и стоянками.
Качественное выполнение задач инженерно-авиационной и аэродромно-технической служб при раздельном базировании авиационных подразделений на основном и передовом аэродромах затруднено из-за предельно высокой нагрузки.
Организацию боевых действий авиационных группировок, вооруженных самолетами последних поколений, существенно усложняют и другие факторы.

Первый. Обеспечение применения современных штурмовиков возможно только специализированными структурами инженерно-авиационной, материально-технической, аэродромно-технической, инженерно-аэродромной служб, авиационного вооружения и радиоэлектронной борьбы. Для обслуживания одного самолета в 1941–1945 годах требовалось 2–3 транспортные, заправочные, ремонтные автомашины. Для самолетов второго поколения понадобилось 9 спецмашин, третьего — 19. Самолеты четвертого и пятого поколений готовятся к вылету только на стоянках с централизованными системами заправки, электроснабжения, обеспечения информацией.
Второй. Современные процессы подготовки и обеспечения применения каждого типа самолета, двигателя, бортового оборудования и вооружения могут осуществляться только на капитальных позициях и в сооружениях при наличии промышленного электроснабжения.
Третий. Технологии инженерно-авиационного, материально-технического и других видов обеспечения недостаточно мобильны для поддержания исправности авиационной техники в боевой обстановке.
Четвертый. Резко возросли цены и расход летного ресурса самолетов, управляемых боеприпасов и материальных средств. Стоимость летного часа A‑10 Thunderbolt II оценивалась в 2016 году ~ 17,5 тыс. долл., а среднее время технического обслуживания на 1 час налета составило 6,2–6,4 часа.
Пятый. Скученное базирование современных самолетов на удаленных от объектов ударов стационарных аэродромах с бетонным покрытием и фиксированным количеством стоянок с точной координатной привязкой позволяют противнику отслеживать в реальном времени аэродромную обстановку, определять наличие и координаты самолетов и важных объектов для точного наведения управляемого автономного оружия большой и средней дальности, беспилотных летательных аппаратов, а также диверсий, существенно повышая их уязвимость. Вместе с тем кратно увеличиваются подлетное время до целей, расход летного ресурса, топлива и уменьшается располагаемое количество вылетов.
Шестой. Сегодня системы обработки и подготовки информация для действий по наземным, воздушным целям, комплексы ведения детальной воздушной разведки для целеуказания, специализированные для разных родов авиации, могут быть развернуты только в стационарных условиях пунктов управления оперативного уровня, не обладают необходимой гибкостью для обслуживания самолетов разных типов на полевых аэродромах, прицельно-навигационных комплексов, вооружения и для подготовки экипажей.
Седьмой, особо важный. При ограниченном по экономическим причинам боевом составе авиации вес боевых и небоевых потерь, начиная с единичных, выражается в утрате ощутимых долей боевого потенциала авиационной группировки.
На основе вышеизложенного можно уверенно предполагать следующее.
Для участия в штурмовых действиях войск, непрерывного эффективного поражения противника необходимы легкие маневренные штурмовики, применяющие с высокой точностью управляемые и неуправляемые боеприпасы малых и средних калибров, средства РЭБ из расчета — один штурмовой авиаполк на одну мотострелковую (танковую) дивизию.
Штурмовые авиационные части и сухопутные войска должны быть охвачены единой сетевой системой управления, разведки, связи, целеуказания, радиоэлектронной борьбы, гибкой в пространстве и по периодам операции.
Уставных положений для разработки тактико-технических требований и создания легких штурмовиков, а также адаптации самолетов других родов авиации к прогнозируемым условиям их применения для поддержки войск пока не существует. Но эта идея и ряд проектов прорабатываются за рубежом и в наших Вооруженных Силах. Как правило, они ориентированы на очаговые вооруженные столкновения с незаконными вооруженными формированиями, на противопартизанские действия и противодействие наркотрафику.

Чтобы быть действенными при реализации проекты тактико-технических требований к легким штурмовикам и универсальным самолетам должны учитывать подходы и правила организации применения, управления и взаимодействия войск и авиации, наработанные во Второй мировой войне и развитые в региональных военных конфликтах.
Совокупность свойств штурмовой и других родов авиации с универсальными самолетами должна исходить из обязательного учета факторов совместной боевой деятельности с сухопутными войсками, выявленным опытом войн, к которым относятся:

• взаимосвязанность и соответствие организационной и технической структур, боевого состава и оперативных возможностей группировок войск, авиации, флота, тактико-технических характеристик существующих боевых и обеспечивающих систем, средств управления, принятой и перспективной организации взаимодействия, выполнения боевых задач и управления;
• соответствие предназначению, тактико-техническим, эксплуатационным характеристикам и свойствам существующих и вновь разрабатываемых систем добывания информации, подготовки разнородных данных для целеуказания и организации ударов;
• соответствие правилам и нормам организации и ведения боевой и оперативной подготовки органов управления, боевой подготовки, установленных в наставлениях (боевых уставах) авиации, войск и флота.

С названными соответствиями и требованиями в полной мере соотносятся особенности, выявленные по опыту применения высокоточного оружия (ВТО) всех классов:

• необходимые объемы точной разведывательной, топогеодезической, метеорологической информации для бортовых систем навигации, наведения, управления многократно превышают возможности органов разведки, систем обработки и обмена данными, что ограничивает объемы применения высокоточного оружия, усложняет управление в целом, в том числе обычным (неуправляемым) оружием, что приводит к использованию недостаточно проверенных данных и принятию необоснованных решений;
• процессы организации высокоточных ударов, формирования ударных и обеспечивающих эшелонов, боевых порядков и целеуказания боеприпасам сосредоточены в оперативных штабах;
• командирам тактических частей, непосредственно управлявшим ударными и разведывательными подразделениями, способными добывать значительные объемы сведений, достоверность и ценность которых сохраняется в течение очень малого времени, оставлены только функции руководства технической подготовкой самолетов;
• существенную сложность представляет контроль результатов ударов дальнего ВТО, необходимый для целесообразного планирования последующих ударов, исключения действий по ложным целям.

Длительное время накопления информации о фактическом поражении целей — одна из причин того, что группировка ВВС США в Ираке в 1991–1993 годах планировала и осуществляла массированные, в том числе повторные удары управляемым оружием с интервалом 3–4 суток.
Названные особенности и недостатки показывают необходимость совместного рассмотрения военными специалистами, конструкторами, учеными при формировании облика, проектировании, определении основных характеристик перспективных авиационных систем вопросов оперативного, тактического предназначения и места нового оружия в общей структуре вооружений, в боевом составе, в задачах авиационных группировок, организации их применения, управления, взаимодействия с ударными, разведывательными и другими обеспечивающими системами.
За исходные образцы для легкого штурмовика по опыту Второй мировой войны и борьбы с «повстанцами» в Африке, Юго-Восточной Азии, с наркобаронами в Южной Америке можно взять самолеты малой размерности с современным вооружением, пилотажно-навигационным и прицельным оборудованием и облегченными требованиями к базированию и обеспечению, такие, как представленный на Форуме «Армия‑2024» учебно-боевой Як‑130М (рис. 2), итальянский Aermacchi M‑346FA с нормальной взлетной массой 6,3 т и 8 т соответственно, бразильский штурмовик EMB‑314 Super Tucano, швейцарский Pilatus PC‑21 массой до 3,2 т.

Заказывают проекты подобных самолетов и ВВС США. В 2013 году взлетел легкий штурмовик Scorpion с боевой нагрузкой до 2800 кг, в 2019 году в рамках программы Airborne Extensible Relay Over-Horizon Network (отработки авианаведения) создан турбовинтовой штурмовик Beechcraft AT‑6E Wolverine (рис. 3 и 4).
В качестве главного критерия штурмовиков поля боя целесообразно рассматривать следующий баланс боевых, технических, эксплуатационных свойств:

• способность выполнять задачи авиационной поддержки по плану и по вызову действующих войск с использованием основных, в том числе малогабаритных, средств поражения;
• возможность базирования на грунтовых аэродромах с упрощенным и травяным покрытием, приближенных к районам выполнения боевых задач, обеспечивающих групповой взлет, выход на цели в минимальное время, рассредоточение и маскировку от разведки и ударов управляемыми боеприпасами;
• сохранение экипажам в полете условий непрерывного наблюдения за целями, контроля наземной и воздушной обстановки, восприятия сигналов и целеуказания своих войск, оценки собственного положения и угроз в ходе атак и маневрирования для повторных ударов;
• универсальность и простоту процедур инженерно-авиационного, материально-технического и других видов обеспечения при подготовке истребителей в качестве штурмовиков;
• возможность загрузки информации в бортовые системы по поставленным задачам непосредственно на самолетах на полевом аэродроме и в воздухе вместо целеуказания голосом.

Привлекаемые к выполнению штурмовых задач самолеты других родов авиации должны обладать сбалансированными свойствами, когда ни одно качество не подавляет их боевые свойства и характеристики, необходимые при выполнении задач по отражению ракетно-авиационных ударов противника, не привязывает самолеты к стоянкам, не увеличивает время подготовки к вылету и не предопределяет необходимость в летчиках-суперменах. Вместе с тем действенным способом повышения боевой результативности, наряду с универсальностью, остается приемлемая специализация техники и подготовки экипажей.
Унификация и специализация авиационной техники — взаимосвязанные и достаточно разнонаправленные процессы, обеспечивающие эффективное применение авиации в операциях, при условии сбалансированной выработки конструкторских (технических) и организационных решений и мер.
«Опыт войны учит нас, что купить воздушный флот нельзя…, — написал в 1932 году в своем труде «Воздушные силы в бою и операции» Александр Николаевич Лапчинский, российский, советский военный ученый, педагог, теоретик и один из основоположников оперативного искусства ВВС. — Его из года в год нужно строить и развивать до войны, во время войны и после войны». 

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции

Автор:
Богдан Казарьян, полковник в отставке, кандидат военных наук, член-корреспондент Академии военных наук